Ворвался Тимми, яростно размахивая хвостом, и запрыгал, теребя лапами обоих мальчиков, которые по очереди обняли Энн. Потом появилась сияющая широкой улыбкой Джордж.

– Джулиан! Дик! Вот блеск, что вы приехали. А тут без вас такая скука смертная. Вас кто-нибудь встретил?

– Да. Славный парнишка, кстати, – ответил Дик. – Помог нам с вещами и вообще... Что-то вы нам о нем не писали.

– Это Уильям, что ли? – спросила Энн. – Но он еще пацаненок. Просто о местных мальцах мы не упоминали.

– Ну, я – бы не сказал, что он пацаненок, – возразил Дик. – Вполне здоровый парнишка.

– А! Мы вам не говорили об одной девчонке здесь, – вспомнила Джордж. – Генриетта – жуткое создание! Считает, что она вылитый парень, ходит и свистит повсюду. Мы уж над ней потешаемся. Вам тоже будет смешно.

Энн пришла в голову мысль.

– А этот... парнишка, который вас встречал, назвал свое имя?

– Да. Как там его? Генри, – ответил Дик. – Славный парень. Он мне понравился.

Джордж уставилась на него, не веря своим ушам.

– Генри?! Так это она вас встретила?

– Нет. Почему же она? Он, – поправил ее Джулиан. – Ну, такой парень с широкой улыбкой.

– Но это же Генриетта! – воскликнула Джордж. Лицо ее покраснело от негодования. – Та самая ужасная девчонка, о которой я вам говорила. Корчит из себя парня, свистит, скачет тут повсюду на коне. Только не говорите, что она вас так элементарно провела. Называет себя Генри, носит короткую стрижку и...

– Слушай, Джордж, а она очень напоминает тебя, – перебил ее Дик. – Ей-богу, мне и в голову не пришло, что она – девочка. Ну и артистка. Мне он... то есть она нравится. Ничего себе!

– О! – вскричала Джордж, кипя от негодования. – Вот нахалка, а?! Едет, понимаешь, не сказав нам ни слова, встречает вас, внушает вам, что она парень, и... и... все портит!

– Попридержи коней, Джордж, старушка, – остановил ее Джулиан не без удивления. – Ты же сама сколько раз радовалась, когда люди тебя за мальчишку принимали, хотя не пойму, зачем все это. Я думал, ты выросла из таких глупостей. Так что ты брось ругаться на нас за то, что мы решили, будто Генри мальчик, а не девочка, и за то, что он нам понравился... вернее – она.